Фатальная партизанщина

В Оренбурге закончился процесс по делу о гибели резервиста по пути на военные сборы. Военный суд вынес приговор начальнику медицинской службы: за врачебную ошибку ему дали два года условно. Кроме того, воинская часть обязана выплатить 150 тысяч рублей компенсации морального вреда семье «партизана».

«Партизанами» в армии называют резервистов. Взрослые дядьки, слабо реагирующие на требования устава Вооруженных сил, считающие сборы чем-то вроде дополнительного отпуска в чисто мужской компании, настолько разительно отличаются от срочников и контрактников, что иного определения им не подберешь: ну партизаны и партизаны!

В сентябре 2008 года в Оренбургской области проходили военные сборы резервистов. В оперативно-стратегическом учении «Центр-2008″ принимало участие около 12 тысяч военнослужащих. На одном из этапов учений принимало участие танковое соединение, укомплектованное военнослужащими запаса, призванными из разных областей и республик Приволжско-Уральского военного округа. Учения прошли с размахом. На полигоне в Донгузе побывал даже президент Дмитрий Медведев. Учения освещались в СМИ по большей части с положительной стороны. Как оказалось, у этой боевой медали есть и оборотная сторона.
В Пензе тоже готовились к сборам. Резервистов призывали прямо с работы. Как сообщает пресс-служба Фонда матери, часов в 11 утра 2 сентября 2008 года на работу к Роману Семенову на «Газели» приехали товарищи из Ленинского райвоенкомата 1ензы. И увезли его в чем он был для прохождения военных сборов. Десять дней спустя, 12 сентября, жена получила Романа обратно – в качестве «груза 200″… В военном суде отказались сообщать подробности дела, ссылаясь на то, что приговор в законную силу не вступил. Поэтому нам приходится основываться по большей части на информации Фонда матери.

2 сентября Семенов позвонил жене с мобильника и сказал, что находится в Пензенской области, в войсковой части № 30785. Вместе с другими резервистами (человек 60) Романа 3 сентября погрузили в специальный вагон и отправили в Оренбургскую область «на полигоны». Резервистов, в отличие от контрактников и офицеров, разместили в простой теплушке.
3 сентября Семенов снова позвонил жене и сказал, что резервистов в военном эшелоне в «скотских условиях» перевозят в Оренбург. Больше он домой не звонил. 9 сентября Светлане Семеновой сообщили из военкомата, что ее муж умер от почечной недостаточности.

По сведениям все из того же источника, в Оренбург Роман Семенов приехал связанный по рукам и ногам, с отказывающими почками. Прямо с поезда его увезли в реанимацию. В госпитале он провел три дня, состояние его ухудшалось.

«Консилиум, собравшийся по данному вопросу, решил, что ему нужен гемодиализ, поэтому его решили… отправить в военный госпиталь в Самару на поезде, несмотря на то, что в Оренбурге такие аппараты имеются. По пути следования из Оренбурга в Самару Роман Семенов умер», – отмечают в Фонде матери.

Версия «белой горячки»
Роману Семенову было 37 лет. У него остались жена и дети-двойняшки. В Фонде матери говорят, что вдова погибшего резервиста располагает набором всех необходимых документов. Есть постановление следователя Военного следственного отдела по Оренбургскому гарнизону о признании ее потерпевшей. В нем говорится, что у рядового запаса Р. В. Семенова
4 сентября «на почве многодневного употребления спиртных напитков до призыва на военные сборы развилось заболевание «алкогольный делирий». В результате заболевания Семенов
р. В. стал вести себя неадекватно для окружающих, следовавших в вагоне № 3 воинского эшелона». Далее описывается, как начмед, капитан медицинской службы Александр Иванов на протяжении ночи занимался лечением Семенова. 5 сентября по прибытию эшелона к месту назначения резервист был снят с поезда и отправлен в реанимацию Оренбургского военного госпиталя в тяжелейшем состоянии. 8 сентября 2008 года он умер.

Причиной смерти назван, обратите внимание, «синдром позиционного длительного сдавления». Специалисты отмечают, что он развивается, если человек связан и надолго лишен возможности двигаться. В Фонде матери считают, что этот случай вполне можно приравнять к пыткам, потому что жертва испытывает мучения. Получив консультации экспертов Независимой психиатрической ассоциации России, сотрудники Фонда матери выяснили, что алкогольный делирий (»белая горячка») может развиться исключительно у человека, страдающего от серьезной алкогольной зависимости на фоне отмены алкоголя.

Однако, как утверждает вдова, Семенов у психиатра и нарколога на учете никогда не состоял, приводов в милицию за всю свою жизнь не имел. Более того, Роман работал на крупном складе табачно-алкогольной продукции и потому с 2001 года ежедневно проверялся на состояние опьянения! Проверка осуществлялась «Алкотестером» не менее трех раз в смену.

«За время проведения указанных проверок не зафиксировано ни одного случая появления Семенова Р. В. на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, а также любых других нарушений им трудовой дисциплины», – гласит выдержка из справки с места работы.
Однако, согласно приговору. Оренбургский гарнизонный военный суд к сведениям, что Роман Семенов не злоупотреблял спиртными напитками и не мог страдать алкоголизмом, отнесся критически. Все эти доводы опровергаются совокупностью исследованных в суде доказательств и заключениями экспертов.

Казнить нельзя помиловать
В отношении начмеда Александра Иванова было возбуждено уголовное дело по статье Уголовного кодекса РФ «Халатность, повлекшая по неосторожности смерть человека». Свою вину военврач признал полностью. Оренбургский гарнизонный военный суд 1 июня огласил приговор по делу о гибели на военных сборах резервиста Романа Семенова. За ненадлежащее исполнение обязанностей врача воинского эшелона начмед Иванов получил два года условно. Войсковая часть 30785 обязана выплатить вдове погибшего 150 тысяч рублей в качестве компенсации морального вреда за гибель мужа и расходы на погребение (около 30 тысяч рублей). Гражданский иск удовлетворен, мягко говоря, весьма частично – ведь вдова требовала 2 миллиона рублей. В Фонде матери приговор намерены обжаловать.

«Де-факто немедицинские действия начмеда Иванова были приравнены военным судом к врачебной ошибке. Версия про алкогольный делирий в данном случае не выдерживает никакой критики и оскорбляет память погибшего», – говорят в Фонде.

Примечательно, что гособвинитель Александр Кострыкин попросил для обвиняемого три года колонии-поселения с лишением права занимать военные должности, связанные с руководством людьми, сроком на два года. Адвокат обвиняемого просил условного наказания без лишения права заниматься медицинской деятельностью и занимать военные должности. Юрист Фонда «Право Матери» потребовал максимально возможного наказания – пять лет реального лишения свободы с лишением права занимать должности в системе здравоохранения, связанные с выполнением организационно-распорядительных функций, а также должности, связаннью с врачебной или иной медицинской деятельностью, на три года.

- На оглашении приговора ни супруга Романа Семенова, ни сотрудники Фонда матери не присутствовали. Хотя были извещены, – говорит пресс-секретарь Оренбургского гарнизонного военного суда Сергей Ковалев.

Дело о гибели резервиста приобрело широкий общественный резонанс. Конечно, 150 тысяч рублей за смерть человека – это мизер. Но и за два миллиона с того света человека не вернуть. У вдовы горе. Умер кормилец, а на руках двое ребятишек. Я, вроде бы, на ее стороне, просто по-человечески… Но и начмеда Иванова мне почему-то тоже жалко. Говорят, во время судебных заседаний на нем лица не было. Переживал… Ведь он еще молодой – 30 лет. Женат. Посади его сейчас – так вся жизнь под откос. Загубленная жизнь Романа Семенова из Пензы и без всякого суда на нем будет висеть. И как не вспомнить, что и на этом, и на том свете всем нам один судья-Господь Бог…